Поездки и путешествия

Ну всё, все дни описал, фотографии выложил, понемногу прихожу в себя и возвращаюсь к нормальной жизни. Но сначала решил подвести некоторые итоги этой поездки и своих размышлений о путешествиях вообще:

1. Раньше я считал, что путешествия — это просто форма отдыха, возможность временно переключить мозг на совершенно другие задачи. Но потом понял, что это ещё может быть и способом самопознания. В частности, именно в путешествиях я впервые понял, что зачастую у меня уровень агрессии повышается от жажды. И что нужно тщательно дозировать впечатления, чтобы не допускать перегруза.
2. Не знаю как, но в результате этой поездки у меня восстановилась способность к визуализации (которая сильно ослабела от жизни в Интернете), причём ещё в самый первый день. Тогда, засыпая, я прямо крутил перед глазами картины домов и города, как в детстве и подростковом возрасте. Ещё, судя по всему, снялись какие-то эмоциональные блоки.

Как уже давно известно, третий день любого путешествия для меня самый тяжёлый. Так вышло и в этот раз.

Начиналось всё достаточно обыденно: мы выселились из гостиницы и собирались пойти на Московский вокзал, воссоединиться там с DarLik и оставить в камере хранения вещи, чтобы бродить по городу налегке. Когда уходили со двора гостиницы, я вспомнил, как точно так же уходили с этого же двора осенью 2021 года. Только тогда день был солнечный, и впереди было всего два часа бомжевания, а не полдня. Я настолько хорошо помнил тот момент, что казалось, будто это было всего пару месяцев назад, а не два с половиной года.

Но дальше всё пошло не по плану. Tella вдруг захотела в туалет. Город с интуитивным интерфейсом тут же подсказал нам решение — заведение осетинской кухни под названием «Жар птица». Зашли, осмотрелись, так понравилось, что решили там и поесть. Написали DarLik, она решила присоединиться к нам там же.

Проспал в поезде всего один цикл (полтора часа), но проснулся на удачной фазе и, о чудо, чувствую себя вполне бодрым. За окном мелькают пейзажи Московской области. После более северных они кажутся такими родными и приятными! Ночью, видимо, был сильный дождь, потому что все водоёмы переполнены. На деревьях уже везде почки набухают. А пока я всё это писал, проехали Зеленоград.
Возвращение было тяжёлым. Из-за нервных перегрузок голова совсем не работала. Я не мог ни читать, ни писать в блог, ни сосредоточиться на чем-либо ещё. И только часам к трём ночи более-менее пришёл в себя и попытался помедитировать, но получилось очень плохо. Ещё Tella продолжала чувствовать себя плохо, а я боялся, что заражусь от неё, хоть она утверждала, что это не заразно. Почему-то в этот раз был недоступен нагреватель с водой, поэтому пить чай ночью не было возможности.
Ещё вроде понял, как засыпать в поезде. Нужно, наоборот, не делать полное затемнение в купе, оставлять окно расшторенным.

Вот и всё. Мы все втроём сидим в уютном поезде «Мегаполис», и только что за окном проплыл питерский КАД. Прощай, город-на-краю-земли! Ты всё-таки нас отпустил, хоть отъезд получился очень нервным. Но об этом потом. (Тем более дело было не в самом городе, а в несогласованности наших действий.)

Сегодня был просто день поломанных планов. По изначальному планувденьвторой мы собиралсь сходить в Эрмитаж, но все Tella сказала, что очень хочет снова взглянуть на Исаакиевский собор, и я поменял местами планы на день второй и третий, так как Исаакиеский собор находлся с тем местом, откуда я хотел начать осмотр западной части города (от Мариинского дворца и далее по ул. Декабристов).

Поезд, вкотором мы ехали, оказался хорош всем, кроме одного: системы вентиляции. Из-за этого в купе стало настолько душно, что Tella в шесть утра открыла дверь и категорически отказалась её закрывать. Из-за эого я проснулся как раз в тот момент,когдапоезд стоял в Бологом, и смог наблюдать рассвет из окна поезда. Это был весьма необычный опыт, прямо часть той самой «другой жизни», которую я иду, но потом из-за отктрытой двери и сишком яркого света я так и не смог уснуть поовторно. Часа четыре провёл в состоянии между сном, бодрствованием и попытками медитировать, потом понял, что бесполезно. Разшторил окно непосредственно в купе и стал смотреть на леса и поля Ленинградской области. Впечатление от тамошних лесов совсем иное, чем от Московской области, они кажутся более суровыми. А ещё ЛенОбласть гораздо меньше застроена, чем Московская, где, по крайней мере на восточном направлении, уже почти не осталось широких пустых полей до самого горизонта, какие раньше быи возле Фрязево и 33 км.

В первый момент, когда мы снова оказались во Владимире, он опять показался неуютным и неприветливым. Да и погода этому способствовала.

Но, как выяснилось, это было ошибочное впечатление. Высадившись у вокзала, мы начали долгий подъём вверх, к исторической части города. Перепад высот там очень большой: поднимались, наверное, минут пять. Для меня, привыкшего к ровному Перово, город с таким рельефом воспринимается как что-то очень необычное.

Поднявшись, оказались на Большой Московской улице, где постепенно впечатление о городе стало меняться.

И вот наступил последний день путешествия. Выселились из гостиницы и снова поехали в «Гнездо пекаря» —одно из самых понравившихся в Суздале заведений — то ли для позднего завтрака, то ли для раннего обеда.

Дорога лежала почти через весь город с севера на юг. По пути мимо окна такси проносились места, которые мы обошли за эти дни. Я вспоминал их и удивлялся, как всего за несколько дней город из абстрактных линий улиц на карте стал для меня набором мест, с которыми связаны те или иные воспоминания.

Когда пообедали, выяснилось, что на ближайший автобус мы не успеваем, а до следующего ещё больше часа, и нужно чем-то себя занять. Я предложил пойти на небольшую прогулку по южной части города — к храму Ильи-пророка, к которому так не смогли попасть в день второй. Позже из Wikimapia я узнал, что тянуло меня туда не зря — это местное место силы.

Когда закончили с пирожками, уже стемнело. Стали думать, что делать дальше: вроде центр осмотрели ещё вчера и днём, и вечером, возвращаться на правый берег не хотелось, а до прочих достопримечательностей слишком далеко. В итоге решили идти ещё раз к суздальскому Кремлю.

Как выяснилось, не зря! Ночью с подсветкой он выглядит даже лучше, чем днём!

В общем, я был неправ, когда считал, что путешествовать зимой плохо тем, что световой день слишком короток, а когда темнеет, непонятно, что делать. Бродить по городу вечером может быть даже интереснее, особенно по Суздалю, который всё ещё украшен ёлками и гирляндами как к Рождеству.

На обратном пути я размышлял о том, как меняется восприятие города по мере его узнавания. Сначала это terra incognita во всех направлениях. Затем появляются отдельные изученные фрагменты. А том мозаика складывается, и начинаешь ощущать себя в городе почти своим.

Вся эта поездка шла не по плану. Так вышло и в этот раз. День третий получился слишком насыщенным. Спать легли поздно, и чудо ранних подъёмов закончилось. К тому же на Tellу подействовало резкое изменение погоды (морозы закончились, температура стала околонулевой), из-за чего выбраться из гостиницы смогли только после 13 часов. И ещё час ушёл на то, чтобы пообедать.

Потом я хотел вернуться к плану дня третьего и отправиться на правый берег Каменки, но у Tellы не было на это сил. Сделали небольшой круг по окрестностям гостиницы и вернулись обратно. Места там довольно глухие и безлюдные. А наличие двух старых закрытых церквей ещё больше усиливает ощущение заброшенности и какого-то выпадения из потока времени. Зато какая тишина!